История внепарламентской политической группы «Третья Позиция» началась в Риме в марте 1976
года, когда трое молодых людей решают организовать правую протестную группу «Lotta Studentesca» (Студенческая борьба).

Первый из них, 20-летний выходец из болгарской семьи Джузеппе Димитри («Пеппе») в тот
момент совместно с Дарио Педретти возглавляет нелегальную ячейку «Национального Авангарда» в районе ЭУР. Второй – 18-летний Габриеле Адинольфи, так же участник «Национального Авангарда», руководил группой правых студентов в римском районе Триест. Третий, самый младший, 17-летний Роберто Фиоре являлся сочувствующим группы «Lotta Popolare» Паоло Синьорелли и возглавлял банду школьников правых взглядов, базировавшихся в оккупированном отделении MSI на проспекте Франции.

Очень скоро к этим трём присоединяются ещё ряд товарищей: 19-летний лидер молодёжной банды района Бальдуина, истовый христианин Андреа Инсабато, 18-летний Джанкарло Лангана (близкий друг Дарио Педретти), будущий идеолог группы Энцио Пизо и, самый опытный товарищ, 28-летний Вальтер Спедикато, владелец книжного магазина «Libreria Romana».

Таким образом, возникает первое римское ядро будущей организации, так называемая «центральная ячейка» (Nucleo Centrale). К середине 1977 года численность «Студенческой борьбы» уже достигает 50 человек и руководители (Димитри, Фиоре и Адинольфи) подумывают об изменении формата деятельности.

И вот, 1 декабря 1977 года группа «Lotta Studentesca» (имевшая к тому моменту уже достаточно много сторонников как в Риме, так и в провинции) преобразуется во внепарламентскую политическую организацию «Terza Posizione» (Третья Позиция).

Столь символичное название было избрано лично Габриеле Адинольфи, фанатом национал-революционного аргентинского движения «Montoneros», идеология которого базировалась на концепции «Tercera posicion» (Третья позиция), выдвинутой ещё в 60-х годах диктатором Хуаном Доминго Пероном. Итогом этой концепции, отвергавшей как классический капитализм, так и классический марксизм, стало то, что в рядах «Montoneros» прекрасно уживались сторонники неофашистской и социалистической идей. И не просто уживались, а даже действовали сообща: в конце 60-х годов фашистские боевики из перонистской команды «Железная Гвардия» ездили в соседний Уругвай помогать в борьбе против правительства марксистским повстанцам «Тупамарос», а с приходом к власти «фашиста» Хорхе Виделы, преданного американцам до глубины души, и левое и правое крылья перонистской оппозиции (авангардом которой и были «Montoneros») развернуло в стране настоящую революционно-террористическую войну против правительства, жертвами которой, в период с 1976 по 1983 гг. стали более 80 тысяч человек, как с той, так и с другой стороны.

По этому же пути, пути независимого «третьего действия», пошла и свежесозданная организация,
выпустившая в середине декабря 1977 года первый свой манифест, под названием «Курсы политической подготовки», где в очень сложных фразах (их авторами являлись Адинольфи и Спедикато) товарищи пытались объяснить общественности суть новой идеологии. Получилось это
довольно плохо – манифест провалился, ибо молодые товарищи основным образом мало что поняли в переполненных непонятными речевыми оборотами «Курсах». Поэтому за дело взялся миланец Фабрицио Дзани, главный редактор национал-революционного альманаха «Quex». И скоро, весной 1978 года, из-под его пера выходит вторая «визитная карточка» (после, собственно, журнала) революционной спонтанности, манифест «Теоретическая позиция легионерского действия», где Фабрицио очень доходчиво объясняет цели и задачи новой организации:

«Сегодня нашей целью является образование революционного аристократического авангарда, который станет передовой силой, поведущей наш народ к освобождению от оков отвратительной диктатуры. (…)

Мы не должны врать себе – итальянская нация веками являлась объектом захвата арабских и европейских армий. Лишь в XIX веке было создано единое государство под крылом савойской династии. Нам нечем гордиться – мы не имеем великой героической государственной истории. Поэтому все нынешние измышления «презентабельных фашистов» о Великой Италии, как наследнице римского духа, мы должны отвергнуть. Под этими лозунгами купленные руководители поведут нас в стойло очередной «патриотической» диктатуры (…)

Разбойники и бандиты всегда были солью нашего народа. Именно они были первыми «чистыми повстанцами», которые сражались против арабского ига на Юге, против инородной савойской династии на Севере и в Центре, против испанцев и французов на Сардинии… Свободные, лишённые оков социальной и религиозной розни, они дрались не во славу чьей либо партии, а во имя народа. И сегодня эти разбойники не умерли. Это мы.(…)

Когда нам говорят – тысячи итальянцев имеют ярко выраженный антисоциальный характер, мы должны понимать, что тысячи итальянцев имеют гражданское сознание легионера (civismo legionario). Да, мы – новые легионеры. Наше легионерское движение – это духовная школа, из которой, если туда войдёт человек, должен выйти герой. (…)

Мы должны везде учреждать CUIBI (от румынского “cuib” – «гнездо»). Именно так назывались оперативные революционные единицы румынской «Железной Гвардии». Тем самым мы подчёркиваем преемственность нашего аристократического мятежа высоким идеям «легионерской революции» Корнелиу Зеля Кодряну (…)

Мы не должны забывать, что именно наш народ является главным героем революции. Мы не признаём полусектантских групп, говорящих от имени народа, мы хотим быть вместе с
народом. (…) «Гнёзда», созданные внутри фабричных, школьных и студенческих коллективов, станут эмбрионами будущего Государства Народа. Сначала люди из этих ячеек мобилизуются вокруг незначительных общественных проблем: таким образом, в течение политических (а возможно и уличных) схваток, люди приобретают независимое сознание и революционный менталитет. Самоорганизуясь, и, постепенно выдавливая роль Государства из своей повседневной жизни, эти люди станут настоящим Народом. Свободным Народом, снявшем с шеи петлю политических инсинуаций, накинутую правительством, разделившим нас на «правых», «левых», «центристов» (…)

Сегодня мы видим результаты этой преступной политической сегрегации: мы видим, как кровь молодых людей заливает улицы наших городов. Мы видим, как убиваются матери, потерявшие своих детей, павших в бессмысленной «политической борьбе». Мы видим, как олигархическая группировка, с улыбкой наблюдающая за результатами своей деятельности, в сговоре с американским империализмом, набивает свои карманы деньгами, уничтожая нашу экономику, наши свободы, наше национальное достоинство. (…)

Мы должны отвергнуть все те схемы – политические, экономические, социальные, – которые навязала нам власть. Никаких «правых», никаких «левых», никаких «центристов»! Никакой «буржуазии», никакого «пролетариата»! Только люди. Свободные люди Италии, объединённые в общей борьбе.

Наша позиция – нет красному фронту, нет реакции! Нам не нужна большевистская демократия, с её утопическими идеями коммунизма и всеобщего братства. Нам не нужен фашизм или национал-социализм, с его преклонением перед властьимущими и вождями. Нам не нужны режимы, которые душат индивидуальные импульсы, развращая дух и отдаляя человека от самого себя. Мы против коммунистических партий, порабощённых СССР. Мы против псевдо-фашистских консервативных партий, порабощённых США».

Не забыл Дзани и упомянуть о самой сущности «легионера-героя». В этом он практически
дословно повторяет Марио Тути с его «ежедневной борьбой внутри самого себя»:

«Легионерский дух действия должен быть образован путём роста революционной напряжённости и создания новых революционных идеалов и ценностей, новой революционной культуры. (…)

Наша борьба носит не физический, а, прежде всего, духовный, моральный, этический характер. Главная её суть заключается в освобождении каждого человека, каждого активиста, от оков буржуазного рабства, изгнание из самого себя тех чуждых сил, которые в дальнейшем склоняют человека к отвратительному потребительскому образу жизни. (…)

Каждый из тех, кто готов встать на путь борьбы, должен помнить, что впереди его ждут четыре тяжёлых этапа, пройдя которые, он сможет встать в ряды аристократического авангарда Легионерской революции: человек – боевик – новый человек – легионер. (…)»

Под конец манифеста, Дзани выдал уж совсем не свойственный прошлому неофашистскому
движению памфлет:

«Мы провозглашаем сотрудничество между народами, борющимися за свободу самоопределения, за свои традиции, за свою культуру. Мы полностью поддерживаем все движения национального освобождения, сражающиеся сегодня против военной и экономической агрессии так называемых сверхдержав: баски в Испании, сандинисты в Никарагуа, афганские моджахеды, иранские шииты, ливийские националисты Каддафи, аргентинские перонисты и многие другие – все они сегодня наши братья по оружию»

После выхода «Теоретической позиции» к организации приходит шумный успех: десятки молодых товарищей, привлечённые новой риторикой, валом валят в ряды «Третьей позиции». Образованы «гнёзда» в Палермо, Венеции, Падуе, Марке, Базиликате, небольшие группы существуют в Милане, Турине, Неаполе, Болонье и Генуе. Римское «центральное ядро» всего лишь за год вырастает с исходных 50 до 500 человек. Группа наконец таки принимает очертания серьёзной политической организации.

Естественно, что такое бурное развитие не по душе руководителям главной партии страны MSI и,
конкретно, лидеру её молодёжной секции «Fronte della Gioventu» Джанфранко Фини, от которого,
в результате популярности нового движения, начал банально разбегаться электорат.

Недовольство Фини новой группой летом 1979 года дошло до того, что он попытался нанять банду молодых неофашистов для расправы с руководством «Terza Posizione», однако заговор был раскрыт, что ещё больше скомпрометировало и так непопулярное «Общественное Итальянское Движение».

Главной оперативной единицей «Третьей Позиции» становится, как и было проанонсировано в
манифесте «Теоретическая позиция», «nido» – «гнездо» – первичная ячейка. «Гнёзда» одного
района, в свою очередь, составляют «Зону». Районные «зоны» составляют одну городскую группу,
имеющую название «distaccamento». И над всем этим парит высшее руководство «Terza Posizione», которое составляют Димитри, Адинольфи и Фиоре. Имелся так же и так называемый
«оперативный руководящий комитет», в который входят Вальтер Спедикато, братья Нацарено и
Марчелло де Анджелис, Роберто Нистри, Энцио Пизо, Джорджио Вале и другие.

Таким образом выходит, что, несмотря на заявленные в манифесте намерения («Наше движение
должно стать движением действия, где иерархия закладывается не за канцелярскими столами
(как в прочих «организациях»), а на поле битвы»), «Третья Позиция» совершенно им не соответствует. Позднее, во время процесса по делу NAR, судьи Римской прокуратуры, ознакомившиеся с внутренними документами организации, были крайне изумлены количеством руководителей «Terza Posizione».

Действительно, труднопостижимая иерархическая вертикаль, на первых этапах не столь очевидная, к 1980 году инспирировала процесс смерти организации: к тому моменту руководители «гнёзд» (capocuib) уже не могли принимать самостоятельные решения. Для санкционирования какого-либо действия (не обязательно нелегального) необходимо было разрешение главаря «зоны» (capozone), который, в свою очередь, получал его от руководителя городской группы (capo di distaccamento), который должен был сообщать всю информацию о будущей акции какого-либо «гнезда» высшему руководству или оперативному комитету.

В ноябре 1978 года внутри организации, усилиями Джанкарло Лангана организована команда
«Lotta e Vittoria» (Борьба и Победа) – прообраз будущего «Nucleo Operativo» (Оперативное Ядро).
Командовать группой руководством поставлены Джузеппе Димитри и Роберто Нистри («Коммунист»). Изначально, «Lotta e Vittoria» представляла собою довольно серьёзную силу – около 30-40 боевиков отбирались командирами по всей стране. Первые учения группы состоялись в том же месяце на арендованной Вилле Ада, расположенной в 40 километрах от столицы: изнурительные марш-броски, рукопашный бой, стрельбы из мелкокалиберного оружия, горный треккинг, спортивное ориентирование и даже бой на молотках, приминение которых в уличных столкновениях стало своеобразной «фишкой» бойцов «Третьей Позиции».

Несмотря на то, что, на тот момент команда не имела никакого оружия, именно боевики «Lotta e
Vittoria» составили охрану Марио Фирменича – лидера вооружённой перонистской оппозиции,
тайно прибывшего в Рим для вербовки людей с целью убийства аргентинского диктатора Виделы.
Кроме того, на совести команды первые «революционные» акции «Третьей Позиции»: нападения
на посольства Никарагуа (в поддержку сандинистов), Великобритании (в поддержку боевиков
ИРА) и Израиля, состоявшиеся осенью и зимой 1978-79 гг.

Как это не смешно звучит, но на первых этапах, финансирование организации шло за счёт 25-
летнего «бизнесмена» из «гнезда» столичного района Париоли Коррадо Бисини, который на
деньги, собранные товарищами по всей стране, открывает в Риме сеть фруктово-овощных ларьков.

Изначально, организовав всего 5 точек, к 1980 году Бисини владеет более 30 магазинчиками. Эти
торговые палатки вскоре очень пригодились вооружённому крылу организации, которое
превратило фруктовые киоски в оперативные склады оружия и точки распространения героина и
амфитамина.

С самой середины 78-го «Terza Posizione», обросшая большим количеством активистов, развивает бурную деятельность: взяв на вооружение концепцию левых автономов «оккупация и контроль территории», товарищи делают попытки проникновения в муниципальные советы, гражданские инициативные группы, руководство студенческих кампусов. Открываются отделения в исторически красных районах Рима Мильвио и Трионфале, незаконно захватываются здания в районах Прати, Париоли и Бальдуина, ведётся агитационная работа в школах и студенческих городках… Но, наверное, самой известной легальной акцией «Третьей Позиции» в тот период, становится организация протеста в Пальмароле.

Пальмарола – большой посёлок, насчитывающий до 40 тысяч жителей, расположенный в северной
пригородной части Рима Монтемарио. Изначально, будучи «красной зоной» столицы (практически половина жителей городка состояла в Коммунистической партии), к 1977 году коммунисты утратили там всякое влияние. В основном, связано это было с расширением строительства в парковой зоне Пальмаролы. Местные жители неоднократно устраивали акции протеста против бессмысленной застройки города и уничтожения зелёных зон, крайне рассчитывая на поддержку сильной здесь Компартии.

Однако центральное городское отделение реагировало вяло: пошли даже слухи о том, что партийные товарищи получили крупную сумму денег от занимавшегося работами строительного концерна в обмен на неучастие в протестном движении. Так или иначе, но в 1978 году главарь народного протеста Алессандро Нардо обращается за поддержкой к руководству «Terza Posizione».

С этого момента активисты политической организации активно вписываются в протестующее движение. Организованы и возглавлены десятки акций гражданского неповиновения, «гнёзда», под руководством Массимилиано Таддейни, Луки Перуччи, Дарио Мариани и Андреа Инсабато, оккупируют несколько строительных объектов, не давая рабочим осуществлять застройку, в городе открыты четыре бюджетных продовольственных магазина, в которых ультраправые продают фрукты и овощи местным жителям по сниженным ценам…

Таким образом, акция протеста в Пальмароле превращается в, своего рода, первую попытку организации революционного авангарда, ибо, в соответствии с «Теоретической позицией», внутри
протестного движения активистами «Terza Posizione» основаны более 15 новых гражданских
«гнёзд», самостоятельно занимающихся отвоеванием земель у строительных концернов по всему
городку. И неудивительно, что вскоре в рядах столичного левого движения уже ходят слухи о
«фашистских протестах в Пальмароле», хотя это далеко не так: большинство активистов (и даже
членов новосозданных «гнёзд») не просто не являются фашистами – наоборот, многие, как и прежде сочувствуют левой социалистической идее. И вот тут то красные показывают свою исконную историческую глупость, следствием которой стала утрата абсолютно всех позиций
Коммунистической Партии в Пальмароле.

Началось всё с того, что 6 декабря 1979 года группа анархистов совершает нападение на дом руководителя гражданского действия Алессандро Нардо. Закидав жилище камнями и бутылками с
зажигательной смесью, левые боевики расписывают стены угрожающими надписями, где обещают добраться до «фашистов». Уже на следующий день в кругах местных жителей появляется версия о том, что анархистов просто наняла одна из строительных компаний с целью уничтожения или запугивания активистов антистроительного протеста. Через 4 дня эти несмелые догадки превращаются в уверенные утверждения.

10 декабря «Comitato di lotta per la casa di Palmarola» (Комитет борьбы за дома Пальмаролы) проводит очередную крупную акцию протеста против репрессивных мер государственной полиции. На манифестации присутствуют около 5 тысяч жителей, разбавленных двумя сотнями активистов «Terza Posizione».

Спустя час после начала демонстрации, на площадь где она проходила, внезапно выбегают около 300 коммунистических боевиков, вооружённых дубинками и ножами. Они прибыли сюда разгонять «фашистский митинг», поэтому, закидав предварительно манифестацию камнями и бутылками с «коктейлем Молотова», выкрикивая левые лозунги и проклятия в адрес «реакционеров», боевики начинают избиение обычных, ни в чём не повинных, граждан.

Ошарашенные люди поначалу разбегаются, но вскоре организуют серьёзный отпор: доходит до того, что охранный отряд местного анархо-коммунистического профсоюза, прибывший к месту действий на двух грузовиках, открывают огонь из ружей по своим идеологическим братьям. Нападавшие частью смяты, частью обращены в бегство. Вмешавшуюся полицию так же откидывают.

После такого дикого инцидента шаткие позиции КПИ совсем рухнули – толпа направляется прямиком к центральному отделению Компартии, которое подвергается разгрому и сожжению. Изъятые списки и анкеты членов партии сожжены тут же под общие аплодисменты. Такая же судьба постигает отделение марксистской группы «Lotta Continua»: здание разбито, вся внутренняя документация уничтожена. Полный крах левого движения. Не спасают положение даже коммунистические листовки с извинениями в адрес жителей Пальмаролы, развешанные в течение последующих дней в районе Монтемарио. Пальмарола становится символом «Третей Позиции», городом, полностью освобождённым от влияния «марксистских идиотов» (как в дальнейшем представителей левых движений называли в газете, издающейся «Комитетом борьбы за дома»).

Подобного же успеха южная группа «Третей Позиции» добилась во время забастовки рабочих цементного завода «Impresa Idrocalce di Parabita» в Лечче осенью 1979 года. Тогда около 20 активистов организации под лидерством старого дружка Пьералуиджи Конкутелли Франческо Манджиамели («Чиччо»), вытеснив с территории фабрики безвольный левый профсоюз, возглавили стачку и добились пересмотра трудового договора, получив массу льгот для трудящихся.

Попытки подобных взаимодействий с рабочим классом и гражданским населением, попытки завоевания симпатий исторически левого электората, продолжались ещё некоторое время, но
основным образом они оканчивались безуспешно (так, из-за дремучей непрогрессивности левых
железнодорожников, провалилась попытка захвата профсоюза работников железнодорожного транспорта в Болонье).

Параллельно продолжались действия и на улицах итальянских городов. Столкновения с полицией в Монтесакро, регулярные субботние пропагандистские рейды в Бальдуине, Париоли и Монтеверде, заканчивающиеся драками с коммунистами и карабинерами, идеологическая работа в школах и институтах, так же связанная с риском, позволили к 1978 году сформировать внутри римского ядра так называемую «Службу Порядка» (Servizio d’Ordine): авангард уличных столкновений. Главарём этой банды стал 20-летний игрок в американский футбол Нацарено де Анджелис («Нанни»), лидер «гнезда» района Париоли, прославившийся 17 июля 1980 года.

Тогда, после концерта кельтской музыки на вилле Торлония, 17 активистов «Terza Posizione» подверглись вооружённому нападению большой толпы коммунистов (более 300 боевиков). Огромный спортсмен «Нанни» встал во главе сражающейся группы, которая более получаса во внутреннем дворике виллы, успешно отбивала многочисленные атаки вооружённых ножами и дубинками красных.

Итог этого страшного побоища был печален: 15 человек получили серьёзные ранения, четверо из которых, в том числе и организатор команды «Lotta e Vittoria» Джанкарло Лангана, впоследствии остались инвалидами. Сам Нацарено де Анджелис, вышедший из драки с двумя ножевыми ранениями, за своё успешное руководство и боевой дух, не позволивший товарищам отступить ни на шаг, получил уважительное прозвище «Маленький Аттила».

После трагической гибели Нацарено, именно так (Piccolo Attila) назовёт одну из своих самых успешных песен правый исполнитель Габриеле Маркони – так же участник «битвы на вилле Торлония». Кстати, рост популярности оригинальной правой музыки (так называемой «альтернативной музыки») так же связан с действиями «Третьей позиции». Ещё до эпохи «поколения 77» в неофашистской среде имелись свои музыкальные группы и исполнители (например, «Amici del Vento», «Compagnia dell’Anello» или Лео Валериано), однако особой популярностью они не пользовались – молодые правые больше предпочитали западный рок, вроде Дэвида Боуи или «Rolling Stones».

Озабоченные созданием «новой революционной культуры», активисты «Третьей Позиции» братья
Маурицио и Пьерлуиджи Брагалья совместно с четырьмя прогрессивными правыми деятелями
(миланскими редакторами журнала «Голос подполья» Марко Тарки и Андреа Кальви, автором римского журнала «Альтернатива» Дженерозо Симеоне и активистом FUAN Умберто Кропи) всю весну 1977 года рыскают по Италии в поисках «молодых талантов». Таким образом начинается история музыкально-культурного фестиваля «Campo Hobbit» (или «Campo dei Ribelli»), первый из которых проходит с 29 мая по 11 июня 77-ого.

К нему «альтернативные» активисты приложили не так много сил: с 29 мая по 11 июня в местечке
Монтесаркио, провинция Беневенто, должен был состояться очередной летний лагерь молодёжной секции MSI «Fronte della Gioventu».

Каково же было удивление организаторов, когда в лагерь начали прибывать массы молодых людей, вообще ничего общего не имеющих с «Итальянским Общественным Движением». Таким образом, вечером 29 мая, из двух тысяч прибывших, поприветствовать руководителей MSI вышло не более пяти десятков человек. Главарь Fronte della Gioventu Джанфранко Фини тогда впервые заподозрил, что его мероприятие банально захвачено.

Подозрения переросли в уверенность на следующий день, когда неизвестные активисты, перечеркнув весь формат летнего сборища, возвели сцену и провозгласили начало первого «Лагеря Повстанцев».

Продолжавшийся две недели фестиваль включал в себя не только выступления молодых музыкальных дарований (таких, как Массимо Морселло, Ренато Колелла, «ZPM», «Sortilegio»), но и вечера стихов, дискуссии и лекции, художественные выставки…

Всё это, как уже было упомянуто, преследовало только одну цель: уничтожение старых стереотипов и создание новой революционной культуры. В основном эта задача, при помощи трёх фестивалей (второй «Campo Hobbit» прошёл в Абруццо в июне 1978 г., третий, самый многочисленный, в деревне Кастель Кампонески летом 1980 г.) была выполнена и даже перевыполнена. Появился целый ряд музыкальных коллективов и бардов, идеологически принадлежавших к «Третьей Позиции»: Массимо Морселло, Андрейна Томада, Чезаре Базиль, Энцо Матараццо, Фабио Контини, Паоло Салеми, Ренато Коллела, Settimo Sigillo, Atellana, Clessidra, Contro, Messaggeri del Sole и т.д. Созданная товарищами «Третьей Позиции» в 77-м новая молодёжная правая культура (cultura’77) до сих пор занимает главенствующую роль в итальянском правом движении, более того, её элементы перекочевали и в другие страны.

Также стоит отметить, что активисты Третьей Позиции первыми из неофашистов догадались вести радиопропаганду (у левых такая система существовала уже давно). Усилиями нескольких товарищей, организовавших студию Radio Mantakas (названо в честь Микиса Мантакаса -греческого правого студента, застреленного в драке с боевиками левой группировки Lotta Continua в римском районе Прати 28 февраля 1975 года), выпускались предачи национально-революционного толка, которые записывались на аудиокассеты и в дальнейшем распостранялись на фабриках, в институтах и даже в армии.

Наиболее ёмко метаморфозы тогдашнего молодёжного неофашистского движения описал в одной из статей 1977 года корреспондент миланской газеты «Correre della Sera»:

«…Мы помним моду миланских и римских неофашистов. Мы помним культ физической силы, культ чёрного авангардиста, идеального арийского война, готового сражаться по первому сигналу. Невероятный идиотизм, который творился ещё несколько лет назад уходит навсегда. Тогда, 5-6 лет назад, дети мелкой буржуазии коллекционировали нацистскую атрибутику, ежедневно ходили в спортзалы, штудировали Эволу и Гитлера, пытаясь всеми силами быть похожими на нибелунгов. Новому поколению на всё это плевать – оно презирает музейный хлам, чёрную униформу и римское приветствие. Сегодня мы можем увидеть неофашистов, которые курят гашиш, знакомятся в клубах с девушками, а после стреляют в полицию во имя фашистской революции. Новое поколение стало гораздо опасней, нежели те гротескные, управляемые провокаторами, персонажи, которых мы долгое время принимали за «истинное лицо фашизма». Они больше не играют в «арийцев», они больше не являются защитниками буржуазной морали, они больше не треплют языками…»

И действительно, начиная с весны 1977 года, когда появляется журнал «Quex», когда проходит первый «Campo Hobbit», когда по-новому мыслящие персонажи оттесняют устаревших идолов неофашизма из MSI, MPON и «Avanguardia Nazionale», молодёжное правое движение переживает стремительные метаморфозы.

Некоторые, особо интеллектуальные персонажи, устав от грязных политических игр и вечной демагогии, совершенно завязывают с правой идеологией, ударяясь в различные религиозные течения. Рим конца 70-х наполнен сектантскими и полусектантскими группами правого толка, разброс религиозных платформ которых весьма широк: начиная от неоязычества («Helios», «Nueva Acropoli») и христианства («Militia Christi»), заканчивая буддизмом («Centro Tradizionale»), сатанизмом («Figli del Sole») и даже исламом («Comunita della Rivoluzione Islamica»).

Иные молодые люди (которых было гораздо больше, нежели ищущих смысл жизни интеллектуалов), привлечённые новой революционной риторикой, желают действовать. Причём, совершенно не важно – ради чего действовать. Их гимном становится песня «Индейцы» сицилийской группы «Contro», обращённая к тем людям, которым не нужна «презентабельность и благосостояние в мёртвом буржуазном мире», но кто «выбрал себе профессию война, а не банкира».

Третий, самый многочисленный слой неофашистской молодёжи, не принявший ни религию, ни концепцию революционной спонтанности, тем не менее, становится авангардом так называемых
«новых правых». Экологизм, борьба за права животных, борьба за права женщин, поддержка борьбы народов третьего мира против американо-советского империализма и прочие, ранее невозможные в неофашистском движении вещи, успешно взяты на вооружение и даже, некоторым образом, применены.

Итак, в 1979 году, после увеличения начальной численности организации с 50 человек до двух тысяч, перед руководством «Terza Posizione» встаёт вопрос: куда развиваться дальше. В Риме уже активно действуют NAR и «Costruiamo l’Azione» Серджио Калоре, вооружённые ячейки пытаются организовать товарищи по всей стране, климат насилия между коммунистами и фашистами всё больше и больше слабеет. Поэтому, дабы соответствовать в полной мере своему главному лозунгу (“Ne fronte rosso, ne reazione! Lotta armata per la Terza Posizione!” – «Нет красному фронту, нет реакции! Вооружённая борьба за Третью Позицию!») внутри группы из остатков команды «Lotta e Vittoria» и примкнувших радикальных товарищей, решено создать «Nucleo Operativo» (Оперативное Ядро) – вооружённое крыло политической организации.

Всё это дело поручается 23-летнему Джузеппе Димитри («Пеппе»), одному из самых известных в Риме правых бойцов, прославившемуся своим одиночным атакам на группы левых активистов. Помощником Димитри назначен Роберто Нистри («Коммунист»), 20-летний выходец из анархистских рядов.

Поначалу личность Нистри не вызывала большого доверия у политического руководства: в многочисленных столкновениях он не участвовал, боевым характером так же не отличался. Более того, некоторые считали «Коммуниста» вообще не совсем нормальным: в то время как его товарищи проводили выходные в барах с друзьями или с девушками в клубах, Роберто целыми сутками мог сидеть с удочкой, на берегу какого-нибудь загородного водоёма, потребляя в немереных количествах кофе и бутерброды. Поэтому, несмотря на явный организаторский талант (большая заслуга Нистри в том, что «Terza Posizione» приобрела за 2 года немыслимый успех – именно он был главным организатором практически всех успешных акций), Фиоре и Адинольфи не считали «Коммуниста» способным наладить работу «Оперативного Ядра».

Фиоре и Адинольфи ошиблись – тихий и слегка ненормальный Роберто Нистри в последующем стал одним из главных героев последнего периода борьбы «Вооружённых Революционных Ячеек».

Другим ключевым персонажем «вооружённого крыла» (несмотря на громкое название, его численность никогда не превышала полтора десятка боевиков) становится Вальтер Сорди («Рыжий»). «Сорди всегда был в поисках славы и уважения, он мнил себя важным человеком перед друзьями и эдаким современным викингом, воином без сна, перед подругами…» – таким образом охарактеризовал его на одном из судебных заседаний Стефано Содерини.

Действительно, умевший в основном хорошо и пафосно болтать, Сорди не имел особого уважения среди людей. Его тщеславие и высокомерие раздражало многих. Единственные, кто по-настоящему был предан «Рыжему», являлись его малолетние подручные, названные в насмешку старшими товарищами «Walter boys», которые так же, вслед за своим уличным лидером, влились в «Nucleo Operativo».

Самый молодой из них, 16-летний Стефано Содерини, начал свою неофашистскую карьеру ещё в рядах «Comunita Organiche di Popolo» Пьера Луиджи Скарано. Поучаствовав совместно с товарищами в ритуалах празднования Дня зимнего солнцестояния, Содерини всерьёз увлекается неоязычеством.

Таким образом, в 1977 году он вступает в мистическое сообщество «Helios», провозгласившее возвращение итальянской нации к её «олимпийским корням». Очень скоро ему надоедают многочисленные ритуалы и сложная догматика этой секты, и он обращается к другому богу – зеленому змию.

Всё свободное время Стефано проводит в многочисленных римских кабаках, реально балансируя на грани опасности стать малолетним алкоголиком. Спасает его Сорди, с которым он в один из дней знакомится в баре «Vigna Clara».

Другой подручный «Рыжего», 16-летний Паскаль Белсито приходит в «Оперативное Ядро» с другого религиозного края.

Ещё в 14 лет он вступает в христианскую группу «Militia Christi», где, слушая речи главаря, 18-летнего Андреа Инсабато, заражается идеями «священного крестового похода» против коммунизма и либерализма. И не просто заражается, а сам начинает проповедовать среди своих друзей идеи католического фундаментализма. За это от товарищей района Бальдуина он и получает прозвище «Пастор». И, хотя спустя всего год от воинственного христианства в душе Белсито не остаётся и следа, шуточный статус «пастуха овец Христовых» (il pastore delle pecore) остаётся за ним навсегда.

Третий член группы Сорди, 17-летний Луиджи Чавардини («Чингис Хан») привлёк к себе внимание Вальтера летом 1979 года, когда во время очередного летнего лагеря «Terza Posizione» в местечке Монтеальбано Йонико, он отказался участвовать в стрельбах из пневматического оружия. Со смехом откинув полу-игрушечное ружьё, Чавардини добродушно спросил, когда они наконец прекратят играться в коммандос и начнут делать дела с настоящим оружием.

«Чингис Хан» искренне не уважает политическое руководство «Третьей Позиции». Он уверен, что революционной организацией должны командовать люди, доказавшие на деле чистоту и твёрдость своих взглядов. Безоружный и нищий (его отец – простой швейцар), не имеющий денег для того, чтобы купить на чёрном рынке хоть какое-нибудь самое захудалое оружие, он презирает людей, типа Инсабато или Моттирони, которые назначены политическим руководством главарями целых районов (соответственно, Бальдуина или Триест) и, которые, даже имея пистолеты, их не применяют. По мнению Чавардини, подобное поведение не соответствует принципам революционной организации, озвученным в «Теоретической позиции легионерского действия».

В «Оперативное ядро» так же входят и другие «оппозиционные» главари римских «гнёзд», не согласные с политикой руководства: 19-летний капо «гнезда» района ЭУР Массимилиано Таддейни («Ала»), 18-летний боевой лидер «Революционного комитета квартала Триест» Дарио Мариани («Чекато») и его заместитель, 17-летний Лука Перуччи. Таддейни, Мариани и Перуччи совместно со своими друзьями Пьером Луиджи Брагалья («Пиппи») и Марио Цурло впервые предлагают отделиться от основной организации с целью дальнейшего развития независимого революционного действия. Но, пока во главе «Nucleo Operativo» стоял верный Фиоре и Адинольфи Джузеппе Димитри, все эти разговоры не имели никакого успеха.

Последним ключевым персонажем вооружённого крыла, стал Джорджио Вале («Дрейк»), 19-летний неофашист из престижного района Лацио. Оригинален он был прежде всего тем, что являлся сыном иммигранта из Сомали, в связи с чем заслужил особую ненависть со стороны Роберто Фиоре, который называл его не иначе, как «обезьяной, случайно оказавшейся в нашем движении». Иные товарищи, которые, в отличие от Фиоре, много раз плечом к плечу участвовали в незаконных действиях вместе с «Дрейком», отзывались о нём несколько в ином тоне: «Сумасшедший Джорджио, – по-дружески характеризовал его Содерини, – он любил только оружие и фашизм. Я никогда не видел его без книги в руках и пистолета за пазухой».

«Дрейк» был фанатиком революции. В отличие от многих из нас, он действительно верил в
возможность изменения мира, – рассказывал на судебном заседании в 1985 году раскаявшийся Вальтер Сорди, – Когда я однажды пришёл на его квартиру в Ачилии, и увидел массу ящиков с самым различным оружием, я спросил, зачем ему столько? Он сказал, что это оружие в скором времени пригодится – оно будет роздано тем, кто захочет вместе с нами выйти на улицы… Он действительно в это верил».

«Оперативное ядро» являлось не единственным конспиративным инстументом «Третьей Позиции». Помимо боевого крыла, существовал так же и интеллектуальный орган будущей революции – Legione.

Целями и задачами «Легиона», возглавляемого Роберто Нистри, являлась подготовка будущего правительства, которое теоретически придёт к власти после революции (в этом деле «позиционеры» планировали использовать большевистскую тактику комиссаров) и агитация внутри государственных органов. Когда в 1983 году начался процесс над группой Terza Posizione, выяснилось, что членами «Легиона» являлись несколько десятков человек, вобще не причастных к неофашистскому движению: директора школ, главы административных районов, магистраты, руководители местных профсоюзов в Риме, Умбрии и Марке, полицейские и т.д. Помимо этого «Легион» так же имел широкую сеть своих людей в рядах идеологических соперников из Movimento Sociale Italiano, которые занимались там пропогандой своих идей.

Таким образом, к весне 1979 года «Оперативное ядро» включало в себя 15-20 боевиков и имело весьма скромный вид: за исключением угона десятка мотороллеров и двух автомобилей, оно ничем себя не проявляло. Даже столь необходимой вещью, как оружие, «вооружённое крыло» не сумело обзавестись, хотя Нистри упорно настаивал на необходимости его добычи любыми путями. Димитри же, опасавшийся навлечь гнев государственных властей на легальное ядро организации, пока медлил.

Решение о начале вооружённой борьбы оперативного ядра Terza Posizione было принято окончательно во время проведения парамилитаристского лагеря в местечке Матерано в июле 1979 года. Поначалу команданте боевого крыла Джузеппе Димитри решил ограничется подготовкой к городской герилье.

Подготовка заключалась в накоплении оружия и финансовых средств, а так же в ведении более успешной пропаганды с помощью оружия (т.е. «вооружённой агитации»). Оружием в то время оперативное ядро уже обладало – ещё в начале 1979 Димитри вышел на боевиков Вооружённых Революционных Ячеек Валерио Фиораванти, с которыми вместе 15 марта провёл ограбление оружейного магазина «Омония Спорт», расположенного недалеко от центрального полицейского управления Рима, забрав 16 пистолетов, 15 короткоствольных автоматов (магазин специализировался на поставках вооружения специальным отрядам полиции) и большое количество боеприпасов к ним. Начиная с июля 1979 грабежи оружейных магазинов, банков и кражи из армейских арсеналов пошли один за другим. Доходило до дикости – 6 ноября в Анконетано (провинция Анкона) двое боевиков местной вооружённой ячейки «Третьей Позиции» проходя мимо местного отделения банка «Agugliano» спонтанно решили совершить налёт – и таки совершили, забрав помимо денег так же пистолеты у охранников.

Также стоит отметить и состав участников оперативного ядра. Если ранее неофашистские террористы MPON и Avanguardia Nazionale являли собою довольно взрослых людей 25-35 лет, то Terza Posizione, особо популярная среди молодёжи, делала ставку практически на детей. Очень многим боевикам боевого крыла в то время не было даже 18 лет. Вот лишь один из примеров: летом 1980 года с помощью донесения некоего журналистского детектива Мичеле Кончина (который 2 сентября 1980 должен был быть за это убит, однако по ошибке боевики NAR убили крайне похожего на него работника типографии газеты Messagero Маурицио ди Лео) полицией была идентифицирована вооружённая ячейка из четырёх человек, возглавлял которую 16-летний Элио ди Скала (товарищ «Капплерино»). Во время обыска конспиративной квартиры, которую содержал малолетний террорист, карабинерами были обнаружены несколько автоматов, пистолеты, деньги, а так же ключи и документы от пяти угнанных автомобилей. Было установлено, что группа товарища «Капплерино» совершила семь ограблений банков и валютных касс, а так же была ответственна за поджоги двух столичных кинотеатров Induno и Gardena весной 1980 года. Позднее ди Скала из тюрьмы сбежал и скрывался более 10 лет вплоть до 1994 года, когда он был застрелен полицией на улице в Риме.

Однако, безнаказанные действия «Оперативного ядра» продолжались недолго – 27 ноября 1979 года фашистский «интернационал» в составе Фернандо дель Фра (MSI), Джузеппе Димитри (Terza Posizione), Доменико Маньета (Avanguardia Nazionale), Массимо Карминати, Валерио Фиораванти и Алессандро Алибранди (Nuclei Armati Rivoluzionari) совершает дерзкое ограбление филиала американского Chase Manhatten Bank на столичной площади Маркони в районе ЭУР, забрав более ста миллиардов лир. В процессе расследования данной экспроприации, благодаря показаниям идентифицированного полицией секретаря районной секции MSI Фернандо дель Фра, на улице Алессандрия были задержаны трое лиц – сам команданте Димитри, главарь кружка Helios Джузеппе Нистри и боевик Алессандро Монтани.

Причём задержаны все трое были в самый неподходящий момент – они переносили из грузовичка в подвал дома №129 ящики с ворованными ручными гранатами (более 200 штук). Спустившись в подвальчик, карабинеры обнаружили ещё более внушительный арсенал – 10 «карабинерских наборов» (форма, удостоверения, именные значки), ружья типа «винчестер», короткоствольные автоматы, множество поддельных документов и пустых гербовых бланков, взрывчатые вещества (тротил, пластид) и массу агитационных материалов.

Поначалу, Димитри пытается обмануть правоохранителей, суя им в нос удостоверение сотрудника SISMI (Министерство Информации МВД), однако полицейские не повелись и все боевики Terza Posizione были арестованы. По удостоверению органами был идентифицирован один из членов Legione, сотрудник SISMI Пьетро Мусумечи, долгое время обеспечивавший оперативное ядро полезной информацией и сфабрикованной документацией (им был организован виртуальный «оперативный отдел» внутри римской магистратуры, формальными «сотрудниками» которого являлись более 20 боевиков Terza Posizione).

Арест лидера боевого крыла поставил в затруднительное положение главарей легальной секции «Третьей Позиции» Фиоре и Адинольфи – дело в том, что по большему счёту вся работа оперативного ядра базировалась на харизме и дикой работоспособности команданте «Пеппе», а теперь, когда «Пеппе» томится в застенках, всё военизированное крыло организации могло рухнуть. В конце концов организационный комитет приходит к единодушному мнению – новым команданте назначается неистовый Джорджио «Дрейк» Вале. Уже зимой «Дрейк» активно занялся реорганизацией боевого крыла.

Прежде всего, в отличие от Димитри, товарищ «Дрейк» не был сторонником городской герильи и прочей партизанщины, свойственной Третьему Миру. Он был сторонником политического терроризма, поэтому уже в первых числах 1980 года Вале выходит на лидера Вооружённых Революционных Ячеек Валерио Фиораванти, с которым договаривается о совместных действиях против режима.

Уже в феврале два товарища провели одно такое совместное действие – зимой 1979-80 г. полицией были арестованы ряд ключевых персонажей NAR, в том числе и один из лидеров группы района Прати Дарио Педретти (который в ходе задержания был серьёзно ранен). Валерио Фиораванти решает отомстить полиции за эти аресты и просит товарища «Дрейка» ему помочь. 6 февраля Фиораванти и Вале на мотороллерах подьезжают к генеральному консульству Ливана. Открыв стрельбу из револьверов, они разгоняют охрану посольства, однако один из стражей, 19-летний полицейский Маурицио Арнезано убежать не успевает и догнавшие его уже в холле дипломатического представительства Валерио и Джорджио, добивают раненого в ногу Арнезано, после чего забрав табельное оружие и автомат убитого, спокойно уезжают с места преступления.

Этот случай породил первые вопросы и негодование со стороны руководителей легального крыла Terza Posizione. Адинольфи и Фиоре требуют немедленного отстранения оперативного ядра от работы легального крыла Третьей Позиции.

«Дрейк» заявляет, что отныне, чтобы не дескридитировать организацию он и его люди будут действовать под флагом Nuclei Armati Rivoluzionari Валерио Фиораванти. Однако, он должен расчитывать, в случае чего, на полную политическую поддержку организации. На это Фиоре и Адинольфи соглашаются лишь отчасти, заявив, что поддержку то они конечно, в случае чего окажут, только вот не нужно бойцам оперативного ядра самоидентифицировать себя как сторонников Terza Posizione, дабы не обрушить на легальное крыло репрессии правительственного аппарата. Именно поэтому сегодня Роберто Фиоре (являющийся генеральным секретарём организации Forza Nuova) может заявлять, что ни один член «Третьей Позиции» в терроризме замешан не был, ибо это действительно так – все террористы формально покинули организацию.

Итак, отойдя от легальной организации и действуя совместно с Вооружёнными Революционными Ячейками Валерио Фиораванти, оперативное ядро под командованием Вале весной-летом 1980 года приступает к реализации стратегии «революционной спонтанности», т.е. разворачивает самую натуральную партизанскую войну. Банки, армейские склады и прочие доходные заведения(квартиры коллекционеров, ювелирные магазины и т.д.) грабятся практически каждую неделю. Причём, что интересно, грабежи возглавляет сам команданте «Дрейк», выказывая поистине сверхчеловеческую работоспособность: 12 июня он вместе с товарищами Стефано Содерини и Паскалем Белсито грабит банковский филиал в квартале Бальдуина, 16 июня вместе с Луиджи Чавардини Вале учавствует в ограблении квартиры коллекционера оружия Джанфранко Чидонио, а уже 30 июня он вместе с тем же Чавардини (который за неделю до этого учавствует в убийстве замгенпрокурора Италии Марио Амато) берёт 32 миллиона лир в банке в столичном квартале ЭУР.

Всё это продолжается вплоть до 2 августа – именно в этот день некие террористы подрывают здание железнодорожной станции в Болонье, вызывая гибель 86 человек. Полиция не сильно долго теряется в догадках – уже 25 числа министром внутренних дел Италии Кассигой обьявлено, что взрыв определённо устроили неофашисты из Terza Posizione и NAR.

28 августа правоохранители проводят операцию: закрыты многие отделения организации, 28 человек арестовано, пятеро находятся в розыске. Лидеры Terza Posizione – Фиоре, Адинольфи, Спедикато, Инсабато, Массимо Морселло, Марчелло де Анджелис – наседают на Джорджио Вале с просьбой достать для них поддельные документы. Товарищ «Дрейк» едет к Валерио Фиораванти, которому эту просьбу передаёт. Тот в свою очередь отправляется к известному мафиозному печатнику Массимо Спарти и угрожая расправой над его собственным сыном, требует немедленно предоставить поддельную документацию. Таким образом, 23 сентября 12 руководителей «Третьей Позиции» спасаясь от правосудия, по фальшивым паспортам покидают Италию.

С этих пор руководство TP разделяется на две фракции – одна, во главе с Вальтером Спедикато и Габриелем Адинольфи, бежит во Францию, а вторая, под лидерством Фиоре и Морселло, окольными путями, минуя Австрию, Германию и Бельгию, скрывается в Великобритании. Правда английские власти по требованию итальянского правосудия поначалу арестовывают Фиоре, но узнав, что на родине его ждёт уголовное преследование из-за политических взглядов, отпускают и дают убежище.

Тем временем ситуация в Италии крайне плачевная. NAR и оперативное ядро во главе с Джорджио Вале совсем сьезжают с катушек: сначало они по прямому приказу Пьералуиджи Конкутелли охотятся за известным политическим руководителем MPON и провакатором Паоло Синьорелли (который так же спасаясь убежал в Англию), затем в Милане совершается попытка покушения на ветерана неофашистского движения Массимилиано Факини (который был арестован буквально за несколько часов до того, как на его пороге появился Джильберто Каваллини с кортокоствольным автоматом наперевес), 9 сентября в Риме на одной из конспиративных квартир Фиораванти, Вале и Дарио Мариани убивают сицилийского руководителя Terza Posizione Франческо Манджиамелли (якобы за то, что тот присвоил деньги, собранные для организации побега Конкутелли), угрозы убийством несутся в сторону даже тех же Адинольфи и Фиоре(которые якобы трусливо кинули товарищей), смертельные приговоры выносятся буквально десятками: были «приговорены» к смерти Серджио Калоре, Паоло Алеандри, Марко Пиццари, Анджело Иццо, позднее был вынесен приговор арестованному Чавардини и давно уже содержащемуся в тюрьме бывшему боевику Gruppi d’Azione Ordinovista Паоло Бьянки.

Несмотря на усиленные полицейские меры, действия зловещих неофашистов продолжаются – по прежнему грабятся банки и оружейные магазины, правда уже не в самом Риме, а по всей стране(группа Массимо Карминати действует в Милане, группа Валерио Фиораванти и Джильберто Каваллини – в Венето, Луиджи Чавардини со своей девушкой Еленой Вендитти грабят валютные кассы в Пескаре, группа Роберто Нистри буянит в Неаполе и Калабрии, группа Андреа Виана и Луиджи Ароники в Турине).

Ситуация накаляется всё больше и больше – 25 сентября в Казерте Джильберто Каваллини убил отца директора местной тюрьмы 60-летнего Альберто Контестабиле, за то, что в исправительном учреждении перманентным избиениям подвергался «духовный лидер» фашистской революции Пьерлуиджи Конкутелли, 5 октября в Риме с помощью стукачей были арестованы Луиджи Чавардини и Нацарено де Анджелис. «Нанни» был забит насмерть в полицейском участке той же ночью.

20 октября в Пизе арестованы боевики Стефано Содерини и Паскаль Белсито: уже 23 числа они освобождены в ходе атаки на полицейское управление командой под лидерством Джорджио Вале. 13 ноября в городке Сиена новый инцидент – Вале и братья Фиораванти с оружием в руках врываются в местный участок, где по их сведениям содержался один из «приговорённых к смерти», 24-летний Паоло Алеандри. Не найдя предателя, который был двумя днями ранее этапирован в Болонью, команда боевиков, приковав предварительно четверых карабинеров наручниками к решёткам, грабит арсенал. 26 ноября в ответ на убийство товарища Нацарено де Аджелиса, в Милане Джильберто Каваллини и Стефано Содерини расстреливают дорожный пост полиции, убивая бригадира карабинеров Эцио Лукарелли.

В конеце ноября около 20 разыскивающихся активных неофашистов из NAR и оперативного ядра покидают Италию: 12 товарищей во главе с Алессандро Алибранди отправляются воевать в охваченный гражданской войной Ливан, трое «позиционеров» под лидерством Стефано Терабоски едут в Лондон для выяснения отношений с бежавшими руководителями, Вальтер Сорди и Роберто Нистри путешествуют сначало во Францию, а уже оттуда в Швейцарию. Однако конец вооружённой фашистской банды близится.

5 февраля 1981 после перестрелки с полицией в Падуе задержан раненый Валерио Фиорванти. Следующие два месяца следует целая чреда арестов – задержаны Кристиано Фиораванти, Массимо Карминати, Доменико Маньета, Патрицио Трокеи, Клаудио и Стефано Браччи.

Оперативное командование над остатками NAR берёт на себя вернувшийся в Италию Алессандро Алибранди.Трезво оценив ситуацию, Алибранди приходит к выводу о бесперспективности дальнейшей борьбы – уничтожить режим с помощью «революционной спонтанности» не вышло, война проиграна. Однако посоветовавшись с товарищами, Алибранди организацию не распускает, даже наоборо: в мае в пятом номере журнала QUEX печатается следующий манифест под названием «NAR. Разьяснения», давший начло последнему, уже безнадёжному периоду борьбы группы NAR-Terza Posizione:

«…Многие наши товарищи расходятся по домам. Мы не осуждаем их – двери революции закрылись для нас навсегда (…) Наша численность сегодня слишком мала для того, что бы захватить власть в этой стране. Максимум что мы можем сделать-это мстить государству за погибших и арестованных товарищей. Месть священна. Для её осуществления не нужно ни конспиративных квартир, ни арсеналов, ни больших организаций. Необходимы лишь три надёжных товарища и решимость. Если нет трёх товарищей, то достаточно двух… но не говорите нам, что у вас нет двух надёжных соратников!»

Слова не расходятся с делом – в последний период борьбы (осень-лето 1981-82 г.) боевиками NAR-Terza Posizione было убито 10 карабинеров, двое банковских охранников и трое «предателей» (Джузеппе ди Лука, Марко Пиццари и Мауро Менуччи), сама же организация потеряла четырёх человек: 5 декабря в Риме в перестрелке погибает Алессандро Алибранди, 5 мая 1982 года в ходе штурма полицейским спецназом собственного дома гибнет команданте оперативного ядра Джорджио Вале, 24 марта 1985 года в столкновении с полицией на дорожном посту близ Генуи погибают двое туринских боевиков Terza Posizione: 23-летний Диего Маччио и 22-летний Энрико Ферреро. В различных инцидентах были ранены Стефано Содерини, Паскаль Белсито, Чиро Лаи, Роберто Нистри и Энрико «Аугусто» Томаселли.

Полиция тоже не сидит сложа руки: 5 марта 1982 года в ходе штурма банка, где засели фашисты, в бессознательном состоянии была задержана Франческа Мамбро (ранена гранатой), спустя 2 дня арестован второй участник этого же ограбления Ливио Лаи, который во время задержания ранил двоих карабинеров. В августе в вагоне столичного метрополитена с ручными гранатами в кармане задержан Роберто Нистри. 16 сентября в Брешии после продолжительной перестрелки арестованы Вальтер Сорди, Энрико Томаселли и Стефано Комунэ. 12 сентября 1983 в пивном баре «Корсо Дженова» арестованы Джильберто Каваллини, Стефано Содерини и Андреа Кальви – полиция оперативно среагировала, т.к. все трое напали с ножами на наряд карабинеров прямо возле кабака с целью отобрать у правоохранителей оружие.

23 июня 1994 года в Риме полиция пытаеться задержать двух подозрительных людей, имеющих поддельные документы. Подозрительные лица открывают по карабинерам огонь из пистолетов. Полиция стреляет в ответ и после коротокой перестрелки на асфальте остаються лежать двое бывших боевиков NAR-Terza Posizione: убитый 30-летний Элио ди Скала и тяжело раненый 35-летний Фабио Гауденци.

30 июня 2001 в Мадриде с поддельным гватемальским паспортом и пистолетом за пазухой был задержан один из последних боевиков оперативного ядра Terza Posizione, 39-летний Паскаль «Мясник» Белсито. Судьба за эти 20 лет покидала его изрядно – уехав накануне ареста Валерио Фиораванти в Ливан, а оттуда перебравшись в Швейцарию, он возвратился на родину, где и пробыл вплоть до конца 1982 года, поучавствовав в убийстве четырёх человек. Вместе с Содерини и Кавалини он планировал бежать в Южную Америку и для этого в первую очередь направился во Францию, на Лазурный Берег. Но после ареста товарищей в Милане, Белсито остался совершенно один, без денег и без всякого плана. В конце 1983 года он попадает уже в международный розыск за то, что во время ограбления банка в Марселе им был тяжело ранен местный полицейский. Из Франции Белсито бежит в Гватемалу, где некоторое время проживает за счёт знакомства с ранее скрывшимися там неофашистами 60-70-х годов. До начала 90-х он ведёт в Южной Америке довольно сносное существование, но с началом войны на Балканах «Мясник» срывается с насиженного места и отправляется на другой конец света – в Хорватию, где и учавствует в составе интернационального батальона неофашистов в войне на стороне хорватов-католиков. Благодаря знакомствам, заведённым на Балканах, после окончания войны Белсито скитается по всей Европе – некоторое время он поочерёдно жил в Голландии, Бельгии, Великобритании и Франции. Наконец судьба заносит его на Пиренеи, где он на момент ареста проживал уже около полутора лет, ничего не делая и не работая. В 2005 году он решением Верховного Суда Мадрида был экстрадирован на родину.

В 1983 году начался первый процесс над группой Terza Posizione и её оперативным ядром. Результат приговора – признание структуры организации террористической. Однако в конце того же года содержащийся в тюрьме «Реббибия» команданте Джузеппе Димитри распостраняет сообщение – война проиграна, запираться и играть в политических солдат больше не имеет смысла. Ввиду того, что вокруг дела NAR-Terza Posizione с помощью либерал-демократической и красной прессы образовался целый ореол из мифов и легенд (не все из которых выставляли фашистов в положительном свете), Димитри приказывает арестованным товарищам дать следствию полные признательные показания, дабы прекратить мифотворчество СМИ и конкретно обозначить идеи за которые боролись и цели, которые преследовали.

Второй судебный процесс, где свидетельствовало гораздо больше боевиков, чем на первом закончился более размытым приговором – структура «Третьей Позиции» была признана «потенциально террористической».

Третий судебный процесс 1987 года дублирует решение второго и принудительно и окончательно распускает организацию. Боевики NAR-Terza Posizione, коих перед правосудием предстало 53 человека получают сроки от 6 лет до пожизненного (высшую меру получили Валерио Фиораванти, Франческа Мамбро, Джильберто Каваллини, Роберто Нистри, Массимо Карминати, Вальтер Сорди и Дарио Педретти). Двенадцать активистов, причастных к «работе» группы были полностью оправданы.

Однако, на этом история «Третьей Позиции» не заканчивается. В 1987 году в Британии беглыми лидерами Роберто Фиоре и Массимо Морселло при участии лидера «Британского Национального Фронта» Ника Гриффина была основана Международное Движение Третья Позиция(International Third Position), которое просуществовало вплоть до 1993 года, оказав влияние на многие правые движения в мире. Финансирование организации происходило за счёт организованного этими двумя товарищами предприятия Meeting Point (позднее переименнованного в Easy London) – общества, помогавшего итальянским студентам и рабочим, живущим в Лондоне, в поиске работы, жилья и выгодных контрактов. Таким образом, к 1993 году доходы от работы конторы превысили сумму в 16-17 миллионов долларов.

В 1995 году Роберто Фиоре, с которого сняли все обвинения в организации взрыва в Болонье 2 августа 1980 года, возвращается на родину и организует на деньги Easy London группу Forza Nuova, генеральным секретарём которой он и становится (с 2003 года Фиоре так же депутат Европарламента от Forza Nuova).

В 1997 году другой бывший боевик «Третьей Позиции», 40-летний Луиджи Ароника формирует Общественное Движение Fiamma Tricolore (Трёхцветное пламя), являющиеся и по сию пору одним из ведущих правых политических движений в Италии.

Другие экс-участники Terza Posizione занялись кто чем. Например, Марчелло де Анджелис, младший брат забитого полицией насмерть Нацарено де Анджелиса, отсидев 6 лет в тюрьме за «подрывную деятельность», в 1993 году организовал правую музыкальную группу 270 bis (270 bis – пункт в итальянском законодательстве, карающий за «разжигание»).

Массимо Морселло также стал знаменитым исполнителем, выпустив с 1988 года 5 альбомов альтернативной музыки (musica alternativa). Во второй половине 90-х у Морселло была обнаружена лейкимия. Лечение у известного профессора Луиджи ди Беллы (которому посвящена одна из последних композиций Массимино – Buon anno Professore, вошедшая в общеевропейский правый музыкальный сборник Vox Europa I) не принесло никакого результата. В конце 2000 года, от всё той же лейкемии, умирает старшая дочь Морселло, 14-летняя Натали. Это окончательно подрывает здоровье отца. 10 марта 2001 Массимо Морселло скончался в своей квартире в Лондоне.

В 1995 году в Париже от редкой болезни аорты умирает один из основателей «Третьей Позиции» Вальтер Спедикато, так и не дождавшийся оправдательного приговора суда, касающегося его непричастности к терракту на железнодорожной станции в Болонье.

Первый команданте оперативного ядра «Третьей Позиции» Джузеппе Димитри посидев в тюрьме 8 лет, в 1994 становится депутатом от правого блока Alleanza Nazionale. 29 марта 2006 50-летний Димитри попадает в незначительное ДТП, в котором собственно никто и не пострадал. Но тем не менее последствия психологической травмы дают о себе знать уже на следующий день – 30 марта Джузеппе Димитри умирает в Риме от кровоизлияния в мозг.

Андреа Инсабато, лидер христианско-эзотерической фракции Militia Christi внутри «Третьей Позиции», после возвращения из Франции (куда он убежал ещё в 1980 году), становится известным дебоширом. В 1989 году он получает небольшой срок за драку с албанскими иммигрантами. В 1992 вновь садится в тюрьму, на этот раз на 7 месяцев за то, что на одной из манифестаций сжёг израильский флаг. Со второй половины 90-х Инсабато становится угрюмым и крайне религиозным человеком. В конце концов происходит полная потеря реальности – 20 декабря 2000 года 40-летний Инсабато является в редакцию римской левой газеты «Манифест» на улице Томачелли и взрывает внутри здания небольшую бомбу. Никто, кроме самого террориста, не пострадал, хотя один из кабинетов редакции загорелся. Раненого Андреа полиция арестовала и отправила прямо в больницу, где ему ампутировали пальцы на левой руке и попытались подправить сильно повреждённую во время взрыва правую ногу. В 2004 Инсабато был освобождён и с этих пор является достаточно невменяемым человеком.